Если собрать все стереотипы об Иране, которыми нас пугают перед поездкой, получится готовый сценарий боевика: бесконечная война, строгий дресс-код с паранджой на каждом шагу и тотальная опасность для любого туриста. Моя группа только что вернулась из десятидневного автопутешествия по этой стране, преодолев больше трех с половиной тысяч километров, и мы готовы со всей ответственностью заявить: ничего более далекого от реальности придумать нельзя. Иран оказался самой безопасной, спокойной и невероятно душевной страной из всех, где нам доводилось бывать. Стоит произнести на улице или на базаре заветное слово «Русия», как суровые на первый взгляд персы расплываются в искренних улыбках, начинают жать руки, угощать сладостями и расспрашивать о жизни. За десять дней мы прожили целую маленькую жизнь, в которой уместилось то, на что обычно закладывают две-три недели: от марсианских пустынь и тысячелетних пещер до дворцов древних царей, и гастрономических ужинов в старинных домах.
Наше большое приключение началось в аэропорту Тегерана, где, уладив все формальности с визами, мы встретились с Мансуром — моим давним другом, коллегой и по совместительству нашим водителем на весь маршрут. Человек с прекрасным знанием местных реалий и феноменальным чутьем на потаенные уголки страны, он обеспечил нам идеальный комфорт и полное погружение в культуру. Никаких палаток, спартанских ночевок или сухомятки: весь путь был выстроен так, чтобы после насыщенных переездов мы отдыхали в аутентичных, но по-настоящему уютных местах. Первым делом из аэропорта мы взяли курс на Кашан. Три часа в пути пролетели незаметно за теплыми разговорами и первой остановкой на ароматный кофе, а сам Кашан встретил нас густым дымом мангалов на знаменитой улице кебабов. Это было идеальное вступление в гастрономическую симфонию Ирана: сочнейшее мясо на углях, тончайший горячий лаваш прямо из тандыра и терпкий гранатовый соус сразу задали правильный тон всему путешествию.
В местной кафешке на улице кебабов в Кашане.
Утро следующего дня в Кашане погрузило нас в атмосферу восточной сказки. Мы бродили по сводам одного из старейших в Иране крытых рынков, где воздух пропитан запахами шафрана, кардамона и розовой воды, разглядывали ажурную лепнину и витражи роскошных купеческих особняков Боруджерди и Табатабаи, а затем спустились в прохладу древнего подземного города, веками скрывавшего жителей от зноя и набегов. В обед нас ждал главный гастрономический хит — знаменитый дизи. Это наваристое блюдо из баранины, нута, картофеля и томатов, которое часами томится в каменном горшочке: сначала вы выливаете ароматный бульон в пиалу с кусочками лаваша, а оставшуюся гущу разминаете специальной деревянной толкушкой в нежнейшее пюре. А ближе к вечеру мы добрались до Исфахана — жемчужины персидской архитектуры. Остановились в знаменитом армянском квартале Джульфа, который разительно отличается удивительной для Ирана свободой нравов и европейским духом: здесь на мощеных улочках кипит расслабленная жизнь, в кофейнях звучит музыка, а атмосфера куда более светская и раскрепощенная, чем в остальной части города. Вечерний Исфахан раскрылся для нас с самой загадочной стороны: после сытного ужина мы отправились к знаменитым историческим мостам через реку Заянде. Да, самой реки сейчас нет: вода приходит лишь на пару недель в году, но мосты так и стоят, хотя и есть опасения их разрушения из-за просадки грунтов. В ночной подсветке многоарочные каменные галереи выглядят так, словно сошли со страниц «Тысячи и одной ночи», а под сводами местные жители всё так же поют протяжные персидские песни, создавая совершенно магическую атмосферу.
У средневекового моста в Исфахане.
Третий день подарил нам контрасты утреннего Исфахана: прогулявшись по ставшему уже родным армянскому кварталу, мы зашли в Ванкский кафедральный собор, поразившись его фрескам, где христианские сюжеты причудливо переплелись с персидской миниатюрой. Затем мы вышли на гигантскую площадь Накш-э Джахан и замерли под бирюзовыми куполами мечети Имама — главного шедевра XVII века, от масштабов и геометрии которого буквально кружится голова. После обеда нас ждал пятичасовой переезд на юг, в Пасаргады — первую столицу великой империи Ахеменидов. Именно здесь нас ждала одна из самых теплых встреч за всю поездку: мы остановились на две ночи в традиционном эко-гестхаусе «Дом Бигу», которым управляет удивительная хозяйка Фатима Сафаи. Этот старинный глинобитный дом в квартале Мадар-Солейман находится буквально в трехстах метрах от знаменитой усыпальницы царя Кира Великого. Я знаком с Фатимой уже много лет — она встречает моих туристов как самых близких родственников и превращает обычный ужин в настоящий театрализованный экскурс в гастрономию южного Ирана. За накрытым по местным традициям столом мы пробовали домашние блюда провинции Фарс: густой горный суп аш-э алук, ароматный плов камбар-поло с гранатом и грецкими орехами, кочевую кашу дампохт и пряное рыбное рагу галие-махи с домашним острым соусом, рецепт которого передается в семье из поколения в поколение.
В Ванкском кафедральном соборе.
В доме у Фатимы.
Проснувшись в доме Фатимы под крики гусей и вид на древние камни Пасаргад, четвертый день мы посвятили величию персидских царей. Мы отправились в Персеполис — церемониальную столицу Ахеменидов, величественные руины которой до сих пор хранят память о былом могуществе и о роковом пожаре 330 года до нашей эры, устроенном войсками Александра Македонского. Глядя на каменных крылатых быков и бесконечные барельефы с процессиями данников, легко представить, как здесь вершилась судьба древнего мира. А совсем рядом, в отвесной скале горы Хаджи-Абад, нас ждал некрополь Накше-Рустам: гигантские крестообразные гробницы Дария I, Ксеркса I, Артаксеркса I и Дария II, высеченные прямо в монолите, заставляют почувствовать себя песчинкой перед лицом вечности. Вечером мы снова вернулись под гостеприимный кров Фатимы, с новыми гастрономическими сюрпризами и душевным чаепитием во внутреннем дворике.
В Персеполисе.
На пятый день наш путь лежал вглубь страны, в горы на высоту 2240 метров, где спряталась уникальная пещерная деревня Мейманд. Но по дороге, спустя примерно четыре часа пути, мы сделали остановку в старинном медном городке Шахр-е-Бабак, заскочив в кофейню Café 66. Помнится, еще лет восемь назад в Иране кофе было днём с огнём не найти, и эта кофейня стала буквально спасением в долгом пути по тогда еще недостроенной трассе между Фарсом и Керманом. Да, это одна из первых современных спешелти-кофеен города, чье название служит прямой отсылкой к знаменитой американской «Трассе 66» (U.S. Route 66), известной как «Мать дорог» — легендарной исторической автомагистрали США, ставшей в мировой культуре и кинематографе символом свободы, дальних странствий и романтики большого пути. В самом сердце Ирана эта кофейня бережно хранит то самое очарование придорожного оазиса, где путники делают паузу, чтобы перевести дух, выпить чашечку кофе и обменяться историями или поговорить о политике.
В кофейне Café 66.
К вечеру мы добрались до деревушки Мейманд. Местные жители выдолбили здесь вручную более трехсот пятидесяти пещерных домов и около двух тысяч комнат. Последние три тысячелетия деревня остается непрерывно обитаемой, хотя ее жители до сих пор сохраняют традиционный полукочевой уклад жизни, возвращаясь в каменные дома преимущественно на четыре зимних месяца, а в теплое время года перебираясь на пастбища и сельскохозяйственные угодья.
Деревушка Мейманд.
Ночевка в настоящей древней пещере стала одним из самых запоминающихся моментов поездки, начавшейся с сытного домашнего ужина — нам подали традиционный густой суп гейме ризе. Это наваристое блюдо на томатно-мясном бульоне с луком, картофелем, куркумой, сушеными травами и крошечными фрикадельками с добавлением нутовой муки (само слово «ризе» переводится как «мелкий») по своей густоте, яркому цвету и глубокому вкусу удивительно напоминает привычный русский борщ, только без свеклы. После такого согревающего ужина особенно приятно было отдохнуть в скальной комнате, где круглый год поддерживается ровный микроклимат: толстые каменные стены надежно защищают от летнего зноя и удерживают тепло в прохладные зимние ночи. Потолки и стены пещер потемнели от многовековой копоти, поскольку в старинных домах не было дымоходов и очаг разводили прямо внутри — этот слой сажи со временем зацементировал породу и защитил ее от влаги и насекомых. При этом сегодня в гостевых пещерах организован продуманный быт: здесь есть электричество, удобные спальные места, традиционные ковры и современные санузлы, расположенные в долине.
Шестой день перенес нас из горной прохлады в сторону пустыни Деште-Лут, самого жаркого места планеты. Весь день мы провели в дороге: по пути заехали на обед в живописный персидский сад Шахзаде у городка Махан — настоящий зеленый оазис с каскадом фонтанов посреди засушливой долины. К вечеру мы добрались до уютного гостевого дома в восьмидесяти километрах от входа в пустыню, чтобы хорошенько отдохнуть перед ранним марш-броском.
Жители деревушки Мейманд.
Седьмой день начался задолго до рассвета: подъем в четыре утра, легкий перекус на ходу — и вот наша машина уже скользит среди гигантских ярдангов, выточенных ветром из глины и песка за миллионы лет. Забираемся на гребень одного из таких природных небоскребов и затаиваем дыхание: красный огненный диск солнца медленно поднимается над горизонтом, окрашивая инопланетные каньоны в оттенки охры, золота и пурпура. Ощущение того, что ты находишься на Марсе, было стопроцентным. Нащелкав сотни кадров, мы поспешили вниз, пока пустыня не начала раскаляться, и поехали к очередному чуду природы — белой реке Руде-Шур. Посреди безжизненного зноя, иногда полностью высыхая, течет река, вода в которой настолько перенасыщена солью, что выглядит словно густая сметана. Не позже половины десятого утра мы уже вернулись в гестхаус (иначе можно свариться), позавтракали и отправились в долгий семичасовой переезд в древний Йезд. По дороге мы сделали вкусную остановку в Рефсенджане — мировой столице фисташек, где после обеда накупили свежайших, хрустящих орехов прямо с плантаций. Вечерний Йезд встретил нас лабиринтом глиняных улочек и бадгирами — древними ветроуловителями, разрезающими закатное небо.
Деште-Лут.
В ожидании Солнца.
Белая река Руде-Шур.
Восьмой день мы посвятили зороастрийским святыням и ремесленным традициям региона. С утра в самом Йезде мы зашли в зороастрийский Храм огня, где священное пламя горит непрерывно уже более полутора тысяч лет, а затем посетили колоритный зороастрийский дом-музей (дом Арбаба Мехрабана Пулади), хранящий редкую частную коллекцию предметов быта и истории этой древней общины. После этого мы отправились в соседний город Мейбод: пообедали в величественном старинном караван-сарае и с удовольствием закупились знаменитыми местными тканями ручной работы и яркими шелковыми шарфами. А ближе к вечеру наш путь лежал в горы, к зороастрийскому храму Чак-Чак (также известному как Пир-э-Сабз) — одной из главных и наиболее почитаемых святынь древней религии во всем Иране. По преданию, это святилище возникло на месте, где от преследователей спаслась дочь последнего сасанидского царя, а из камня начал сочиться священный источник, капли которого и дали месту название «Чак-Чак». Вечер в горах у этого храма подарил нам потрясающие кадры заката: уходящее за острые горные хребты солнце залило пустынную долину огненным светом. А уже в ночи, вернувшись в Йезд, мы успели попасть в традиционную зурханэ — «дом силы», где иранские атлеты-пехлеваны под мерный бой барабана и речитатив наставника крутят тяжеленные деревянные булавы и демонстрируют акробатику, превращая тренировку в древний духовный ритуал, а после заглянули на колоритный базар за пахлавой, халвой-арде, воздушной сахарной ватой пашмак и традиционным густым веганским супом аш-э шули с выраженной кисловатой нотой, который в самом Йезде считается гастрономической визитной карточкой региона.
Закат под Чак-Чаком.
Зурханэ.
Утро девятого дня началось с посещения мрачных и величественных Башен Молчания на окраине Йезда, где зороастрийцы веками совершали свои древние погребальные обряды под открытым небом. Пропитавшись мистической атмосферой этого места, мы тронулись в обратный путь к Тегерану. Восемь часов дороги пролетели в воспоминаниях о пройденном пути, и к вечеру мы прибыли в отель прямо напротив терминала тегеранского аэропорта имени Имама Хомейни. Прощание с Мансуром получилось по-настоящему трогательным: за эти дни он еще раз открыл для нас душу своей удивительной страны. Десятый день прошел на одном дыхании: встав ни свет, ни заря, мы за пять минут дошли по крытому переходу до терминала, заблаговременно прошли все строгие и неспешные предполетные досмотры и утренним рейсом улетели в Москву.
Ну как же обойтись без кофе и знаменитого иранского мороженого напоследок?
Поездка завершилась, но я искренне надеюсь, что мои попутчики привезли с собой не просто гигабайты фотографий и килограммы фисташек, а теплую привязанность к Ирану. Эта страна не похожа на привычные стереотипы — она открывается постепенно, через разговоры с местными жителями, неспешные вечера в старых городах и ощущение живой истории вокруг. Такие маршруты не заканчиваются в аэропорту, а еще долго напоминают о себе в мелочах, вызывая желание однажды вернуться и увидеть еще чуточку больше.
И если вы тоже хотите увидеть настоящий Иран без туристических клише и открыть для себя эту страну в небольшой теплой компании, то я с радостью приглашаю вас в свой новый авторский тур в Иран. Следите за анонсами ближайших дат — возможно, в очередную поездку мы отправимся уже вместе.
