Неторопливый Уругвай.

Так получилось, что в Восточную Республику Уругвай – а именно так правильно звучит название этой небольшой южноамериканской страны – я попал налегке. Ни наличных в карманах, ни рюкзака за спиной — все осталось по другую сторону реки Параны в Аргентине, в руках привокзальных воров. Хорошо хоть кредитка и паспорт с собою – получить уругвайскую визу очень непросто. Документы рассматривают целый месяц, требуя оплаченный за трое суток отель. Так что именно благодаря месту в отеле столицы Восточного Уругвая я и смог посмотреть эту страну. Одно только было непонятно: если есть Восточный Уругвай, то где же Западный?

Россияне до обидного мало знают об этой стране. Ну разве что завзятые меломаны вспомнят, что певица Наталья Орейро родом отсюда, историки вставят слово о Хосе Хервасио Артигасе (которого местные жители зовут отцом Уругвая) и войне с Бразилией в девятнадцатом веке. Да может, еще фанаты авторской песни напоют стихи Александра Городницкого «Я иду по Уругваю», а любители футбола расскажут, что сборная Уругвая была первым чемпионом мира в далеком 1930 году.

А между тем Уругвай – это первая латиноамериканская республика, с которой Россия установила дипломатические отношения. В 1857 году царь Александр II известил своего «великого и доброго приятеля» – уругвайского президента Габриеля Перейру – о признании его страны, что серьёзно способствовало упрочению международных позиций Уругвая на этапе становления собственной государственности. После же Первой мировой войны и революционных потрясений в России Уругвай стал первой страной на Южноамериканском континенте, признавшей Советский Союз в 1926 году. Алаверды, так сказать. Вы когда-то признали нашу республику, теперь и мы признаем вашу. Тогда между двумя странами были установлены торговые связи, и именно советские танкеры предотвратили «нефтяной голод» в стране после национализации правительством Уругвая предприятий по переработке ввозимых нефтепродуктов.

В отсутствии денег есть свои плюсы: всюду ходишь пешком и замечаешь то, что из автобуса и не увидишь.

Столица Уругвая — Монтевидео — совсем небольшая. За час легко обойти старый центр. Пара часов – от края до края. А если учесть, что здесь проживает почти половина населения Уругвая, то мне вообще непонятно: в стране люди есть? Или сплошные коровы? Зато теперь ясно, как можно было разбогатеть на тушенке, которую Уругвай исправно отсылал на все европейские войны.

Основан город еще в 1726 году испанским губернатором Буэнос-Айреса. А свое название получил благодаря возгласу португальского мореплавателя, увидевшему крупный холм неподалеку от места основания города. Говорят, то был впередсмотрящий на корабле самого Магеллана, но мне кажется, это просто легенда. «Monte vide eu» в переводе с португальского языка означает «я вижу холм». Вот такое необычное имя.

Да и сам город, под стать имени, довольно необычен. Монтевидео лишен помпезности и внешнего блеска центра соседнего Буэнос-Айреса, притягательности сказочного Рио-де-Жанейро и необъятности Сан-Паулу. Чинный и благовоспитанный Монтевидео напомнил мне старый центр нашего южнорусского Краснодара. Особенно в выходные, когда людей практически нет и только опавшие листья платанов куда-то летят, спешат под натиском океанского бриза.

Здесь каждый район имеет свой стиль, а многочисленные памятники воскрешают страницы истории. Монтевидео — это чуть-чуть Лиссабон, немного — Мадрид, щепотка Неаполя и толика Рима. Причем картины меняются практически через дом. И во главе всего – набережная, которую местные жители любовно зовут «Рамбля». Целых двадцать километров океанского берега – согласитесь, есть где прогуляться и подумать о бренности жизни. Но не этим меня поразил Монтевидео. А тем, что с рассветом еще спящий город оглашается пением петухов. Горластые птицы чувствуют себя в центре столицы не хуже, чем в деревенской глуши.

Замолкают петухи, и по городу начинаются разноситься стук лошадиных копыт: по улицам едут тележки сборщиков мусора. Это не значит, что в Монтевидео нет централизованного вывоза мусора – конечно же, есть. В данном случае хозяева повозок вытаскивают только «полезный» мусор, который можно выгодно сдать в переработку. Но об этом я узнал чуточку позже, а в первые дни ощущал себя попавшим в эдакое в меру цивилизованное Средневековье.

Памятник виконту Mauá, который звался Irineu Evangelista de Sousa (1813-1889)
неподалеку от набережной уругвайской столицы.
Mauá — известный на континенте банкир и основатель бразильских железных дорог и судоходства.
Очень многое сделал для развития Монтевидео и Уругвая – за что, видать, и удостоился памятника.
Статью о нем в википедии почитать можно здесь. На испанском, конечно.

Улочки Монтевидео.

Согласитесь, чем-то похоже на старый центр Краснодара?